Вестник Восточно-Сибирского института МВД России. 2024. № 3 (110). С. ... – ...

Vestnik of the East Siberian Institute of the Ministry of Internal Affairs of Russia. 2024.

Vol. no.3 (110). P

5.1.4. Уголовно-правовые науки

(юридические науки)

ДЕТЕРМИНАНТЫ ПРЕСТУПЛЕНИЙ, СОВЕРШАЕМЫХ

В ОТНОШЕНИИ НЕСОВЕРШЕННОЛЕТНИХ, С ИСПОЛЬЗОВАНИЕМ ИНФОРМАЦИОННЫХ ТЕХНОЛОГИЙ В СЕТИ ИНТЕРНЕТ

Научная статья

УДК: 343.9

DOI:

Виноградова Ольга Павловна, Уральский юридический институт МВД России,                          г. Екатеринбург, Российская Федерация, olga10vin@mail.ru

Введение. Статья посвящена исследованию факторов, определяющих совершение преступлений в отношении несовершеннолетних, с использованием информационных технологий в сети Интернет Стремительное развитие информационных технологий и сети Интернет, а также широкое внедрение в повседневную практику мобильных устройств связи (смартфонов, планшетов и т.п.), привели к глобальным положительным переменам в различных сферах жизнедеятельности общества в целом и каждого отдельного человека. Однако, с появлением широких возможностей использования Интернет пространства, появилась потенциальная угроза его использования в преступных целях. Особой уязвимости от использования сети Интернет подвержены несовершеннолетние. Реальную угрозу для несовершеннолетних представляют преступные деяния, сопряженные с использованием современных информационно-телекоммуникационных технологий.

Материалы и методы. Теоретической основой исследования явились научные труды по проблемам криминалистического изучения личности несовершеннолетнего, пострадавшего от киберпреступлений. В ходе работы были использованы общенаучные и специальные методы научного познания (анализ, синтез, сравнение, аналогия, моделирование, системно-структурный метод и др.).

Результаты исследования. В результате проведенного исследования: выявлены актуальные, в том числе дискуссионные, вопросы формирования системы знаний, аккумулирующей совокупность сведений о преступлениях, совершаемых в отношении несовершеннолетних, с использованием  информационных технологий в сети Интернет; определена необходимость совершенствования ряда научных направлений по рассматриваемой тематике.

Выводы и заключения. Выявлены специфические особенности преступлений, совершаемых в киберпространстве в отношении несовершеннолетних, обусловленные существующей обстановкой. Проанализированы актуальные направления развития вопросов использования киберпространства для противодействия совершению преступлений, которые существенно детерминирует механизм его совершения. Обозначены направления исследования личности виновного, в совершении киберпреступлений в отношении несовершеннолетних.

Ключевые слова: детерминанты преступлений, информационно-телекоммуникационная сеть,  Интернет, преступление, компьютерные технологии, телекоммуникационные сети, механизм совершения преступлений, киберпространство

Для цитирования: Виноградова О.П.  Детерминанты преступлений, совершаемых в отношении несовершеннолетних, с использованием информационных технологий в сети Интернет// Вестник Восточно-Сибирского института МВД России. 2024. № 3 (110). С.

5.1.4. Criminal law sciences

(legal sciences)

DETERMINANTS OF CRIMES COMMITTED IN RELATION TO MINORS, USING INFORMATION TECHNOLOGY ON THE INTERNET

Original article

DOI

Olga P. Vinogradova, The Ural Law Institute of the Ministry of Internal Affairs of Russia,

Yekaterinburg, Russian Federation, olga10vin@mail.ru

Introduction. The article is devoted to the study of the factors determining the commission of crimes against minors using information technology on the Internet The rapid development of information technology and the Internet, as well as the widespread introduction into everyday practice of mobile communication devices (smartphones, tablets, etc.), have led to global positive changes in various spheres of life of society as a whole and each individual a human being. However, with the advent of wide opportunities for using the Internet space, there is a potential threat of its use for criminal purposes. Minors are particularly vulnerable to using the Internet. Criminal acts involving the use of modern information and telecommunication technologies pose a real threat to minors.

Methods and materials. The theoretical basis of the study was scientific works on the problems of criminalistic study of the personality of a minor who suffered from cybercrimes. In the course of the work, general scientific and special methods of scientific cognition were used (analysis, synthesis, comparison, analogy, modeling, system-structural method, etc.).

The results of the study. As a result of the conducted research: the relevant, including controversial, issues of the formation of a knowledge system accumulating a system of information about crimes committed against minors using information technologies on the Internet have been identified; the need to improve a number of scientific areas on the subject under consideration has been determined.

Findings and Conclusions. The specific features of crimes committed in cyberspace against minors due to the existing situation have been identified. The current directions of the development of the issues of using cyberspace to counteract the commission of crimes, which significantly determine the mechanism of its commission, are analyzed. The directions of research on the identity of the perpetrator of cybercrimes against minors are outlined.

Keywords: determinants of crime, information and telecommunication network, Internet, crime, computer technology, telecommunication networks, mechanism of crime, cyberspace.

For citation: Vinogradova O.P. Determinants of crimes committed against minors using information Technologies on the Internet// Bulletin of the East Siberian Institute of the Ministry of Internal Affairs of Russia. 2024. No. 3 (110). p.

Современные возможности информационных технологий позволяют реализовывать и достигать целей в жизнедеятельности общества по разным направлениям: осуществлять профессиональную служебную деятельность, организовывать и проводить досуг, достигать удовлетворение различных потребности человека. Вместе с этим, противоправные деяния, осуществляемые в киберпространстве, в силу использования сложных технологических алгоритмов работы устройств связи, программного обеспечения, являются низко раскрываемыми, создавая потенциальную угрозу обществу. Однако, не всегда несовершеннолетние становятся жертвой преступной деятельности со стороны криминальных лиц. Дети и подростки также могут быть вовлеченными в преступную деятельность, связанную с использованием высоких технологий в сети Интернет, и сами совершать правонарушения.

Согласно данных Министерства внутренних дел Российской Федерации в 2023 году зарегистрировано 510,4 тыс. преступлений, совершенных с использованием информационно-телекоммуникационных технологий или на 73,4% больше, чем за аналогичный период 2022 года. В общем числе зарегистрированных преступлений их удельный вес увеличился с 14,5% в январе-декабре 2020 года до 25,0% [1].

По данным за 6 месяцев 2022 года ситуация еще хуже: по сравнению с аналогичным периодом 2021 года в январе-июне 2022 года рост IT-преступности составил 20,3%. Удельный вес указанных противоправных деяний в общей структуре преступности достиг 26,5%. Зафиксирован рост преступлений, совершенных при помощи сети Интернет – на 42,1%, с использованием компьютерной техники – на 35,6%[2]. Анализ указанной статистики совершения преступлений показывает, что причиной столь высоких показателей преступлений в сфере информационных технологий является недостаточная готовность сотрудников правоохранительных органов преодолевать противодействие со стороны злоумышленников.

Специфические особенности преступлений, совершаемых в киберпространстве, обусловлены, прежде всего, существующей обстановкой. Такие преступления в правовой статистике именуются «совершенных с использованием информационно-телекоммуникационных технологий»[3], то есть в их наименовании акцент делается на средствах совершения – информационных технологиях и телекоммуникационных сетях. В учебной и научной  литературе такие преступления называются по разному: «преступления, совершаемым с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»)» [1; c. 11], «преступления, совершаемые в сфере предоставления услуг Интернет», «преступления, совершенные с использованием сети Интернет» [2, с. 6], «преступления в сети Интернет», «Интернет-преступления», «преступления с использованием информационно-телекоммуникационных систем «Интернет», «киберпреступления» [3], и т.п. Представляется, что более правильным в этом аспекте является использование термина «киберпространство», в котором акцент делается на среде совершение преступлений, и которое содержит ряд факторов, обусловливающих как выбор способов преступной деятельности, так и специфику образования ее следов, и потому они же обусловливают и особенности выявления и расследования таких преступлений.

Учеными достаточно давно отмечается, что в современных реалиях «возникла повышенная виктимность в интернет-пространстве, которая образует высокие риски для несовершеннолетних (в силу возрастных особенностей) становиться жертвами от действий, которые носят как открытый, так и анонимный характер: подвергаться психологическому, эмоциональному, моральному насилию, травле, т. е. становиться объектом так называемых буллинга, интернет-травли, кибертравли, кибермоббинга, что может послужить возникновению у лиц повышенной тревожности, депрессии, стресса, серьезной психологической травмы и, как следствие, доведению до суицида, а также побудить к совершению преступлений» [4, с. 186-187].

Согласно требованиям уголовного законодательства Российской Федерации предусмотрена ответственность за следующие преступления, совершаемые в отношении несовершеннолетних с использованием информационных технологий, в том числе с использованием сети Интернет:

– доведение до самоубийства (ст. 110 УК РФ);

– склонение к совершению самоубийства или содействие совершению самоубийства (ст. 110.1 УК РФ);

– организация деятельности, направленной на побуждение к совершению самоубийства (ст. 110.2 УК РФ);

– вовлечение несовершеннолетнего в совершение действий, представляющих опасность для жизни несовершеннолетнего (ст. 151.2 УК РФ);

– незаконные организация и проведение азартных игр (ст. 171.2 УК РФ);

– публичные призывы к осуществлению террористической деятельности, публичное оправдание терроризма или пропаганда терроризма (ст. 205.2 УК РФ);

– незаконный оборот оружия и взрывчатых веществ (ст.ст. 222, 222.1, 222.2 УК РФ);

– незаконный оборот наркотических средств (ст.ст. 228.1, 230 УК РФ);

– изготовление и оборот материалов или предметов с порнографическими изображениями несовершеннолетних (ст. 242.1 УК РФ);

– использование несовершеннолетнего в целях изготовления порнографических материалов или предметов (ст. 242.2 УК РФ);

– публичные призывы к осуществлению экстремистской деятельности (ст. 280 УК РФ);

– публичные призывы к осуществлению действий, направленных на нарушение территориальной целостности Российской Федерации (ст. 280.1 УК РФ);

– возбуждение ненависти либо вражды, а равно унижение человеческого достоинства (ст. 282 УК РФ).

Новеллами Уголовного Кодекса РФ стали ст. 110.1, 110.2 УК РФ, которые были введены Федеральным законом от 7 июня 2017 г. № 120-ФЗ[4] в связи с обострением суицидальных случаев среди несовершеннолетних. Обе нормы в качестве квалифицированных признаков содержат способ совершения преступления, а именно: использование информационно-телекоммуникационной сети (включая сеть «Интернет») [5, с. 83].

Многие ученные отмечают, что преступная деятельность, совершаемая с использованием киберпространства и высоких технологий, периодически обновляет процесс совершения деяния, благодаря применению новых технологически сложным технологий. Это связано не только с появлением современных информационных технологий. В криминалистическом аспекте это обусловлено повышением профессионального уровня самого преступника. Выбрав определенный профиль преступной деятельности в киберпространстве, преступник, собственно, получает «Дорожную карту» совершенствования своей деятельности. Социальные сети, форумы, чаты и другие способы коммуникаций в киберпространстве вместе с персональной способностью к обучению таких преступников позволяют не только систематически совершать преступление определенного вида, но и усложнять механизм его совершения, менять профиль преступной деятельности, использовать ту же технологию преступной деятельности для преступлений различной уголовно-правовой квалификации, разрабатывать собственную или заимствовать чью технологию совершения преступлений.

Большинство ученых склоняется к мнению, что среди таких квалифицированных преступников целесообразно выделять неординарную личность, освоившую технологии разработки программных средств, которая свободно анализирует чужие программы, способно выявить в ней проблемы – хакеры[5]. Такой специалист довольно редко попадает в круг внимания уголовного судопроизводства, поскольку для совершения преступления использует нетипичный, постоянно улучшающийся, специфический набор операций в компьютерных сетях, часто действует в составе организованной группы, обеспечивая качественно новый уровень преступной деятельности последней. Именно этим обусловлен процесс современного реформирования в России правоохранительных органов и создания подразделений по борьбе с киберпреступностью (Управление по борьбе с противоправным использованием информационно-телекоммуникационных технологий ГУ МВД России), а в структуре Следственного комитета РФ – подразделения по расследованию киберпреступлений и преступлений в сфере высоких технологий[6].

В результате анализа официальных отчетов о результатах работы правоохранительных органов и судебной практики можно признать, что подразделения по борьбе с киберпреступностью участвуют раскрытии фактов совершения преступлений в отношении несовершеннолетних разнообразной уголовно-правовой квалификации – как традиционных Интернет-мошенничеств, так и незаконного обращение с наркотиками, оружием, взрывчатыми веществами, доведением до самоубийства и т.п. Особую общественную опасность киберпреступности в отношении несовершеннолетних представляет вовлечение их в незаконный оборот наркотических средств и психотропных веществ с использованием электронных и информационно-телекоммуникационных сетей, включая сеть «Интернет». В настоящее время наркобизнес представляет собой мировую, нелегальную систему, активно развивающуюся в виртуальном пространстве.

Например, сотрудниками Главного управления уголовного розыска МВД России задержано 18 серийных интернет-мошенников, похитивших более 10 миллионов рублей у граждан в Подмосковье и Вологодской области, в том числе несовершеннолетних. Они создавали интернет-сайты, на которых размещалась информация о продаже физическим и юридическим лицам оптовых партий различных товаров по низким ценам. После получения предоплаты деньги переводились на счета подконтрольных коммерческих структур, обналичивались и похищались[6]. Основным каналом сбыта наркотиков являются такие интернет-платформы, как мессенджер «Telegram» и браузер «DarkNet»[7]. Данные электронные сети обладают высоким уровнем анонимности за счет функции шифрования VPN, которая позволяет изменять IP-адрес пользователя, что дает ему возможность скрытно вести свою деятельность в Интернете. Например,  в сентябре 2021 года сотрудниками Восточно-Сибирского ЛУ МВД России на транспорте, Иркутского ЛО МВД России на воздушном транспорте перекрыт канал сбыта наркотиков на территории города Иркутска. Правоохранителями задержаны члены организованной группы, осуществлявшие сбыт наркотических средств несовершеннолетним путем «закладок» с использованием интернет-магазина[8].

На сегодняшний день киберпреступники, скрывающиеся за аккаунтами приложения «Telegram» и «DarkNet» активно вовлекают в незаконный оборот наркотических средств и психотропных веществ все больше несовершеннолетних, гарантируя им высокий и быстрый заработком. Однако, как показывает практика, подростки в короткий промежуток времени становятся подозреваемыми по уголовным делам за незаконный сбыт наркотических средств, а их виртуальных наставников, являющихся руководителями организованных групп, зачастую не удается установить.

На сегодняшний день можно констатировать, что, отсутствие на высоком уровне криминалистического сопровождения расследования IT-преступлений, является причиной их активного распространения, в частности, в отношении несовершеннолетних, как наиболее заинтересованных пользователей Интернет- пространства.

Поэтому, несмотря на различную уголовно-правовую квалификацию, преступления, совершенные в отношении несовершеннолетних в киберпространстве, имеют общий и существенный для расследование признак – в механизме их совершение в качестве орудия используется телекоммуникационная система, сеть и компьютерная информация, а предметом могут выступать объекты интеллектуальной собственности, денежные средства (наличные, безналичные), иное материально ценное имущество, а также объекты, нормальное функционирование которых непосредственно обеспечивается кибепространством[7].

Следует отметить, что создание киберпространства является новейшим достижением человечества, изменило сознание современного человека, который уже не представляет своего существования без удовлетворения своих потребностей через системы электронных платежей, продажи и приобретения товаров через Интернет, общения в социальных сетях и других сферах жизни. На 15-том Глобальном симпозиуме для регуляторных органов в г. Либревиль в июне 2015 года профессор Оксфордского института Интернета И. Браун представил прогноз развития сетевых технологий: из-за стремительного падения цен на различные датчики, обработку данных и компьютерную технику в 2020 году к Интернету будет подключено примерно 20-50 миллиардов «вещей», а именно: устройства мобильной связи, парковочные счетчики, термостаты, кардиомониторы, дороги, автомобили, полки супермаркетов, дома и многие другие виды объектов и устройств[9].  Так, пространство в сети Интернет способствует созданию обстановки совершения преступлений различных видов, что вызывает необходимость привлечения внимания к нему в криминалистических исследованиях.

Обобщение материалов судебно-следственной практики показало, что благоприятное использование киберпространства в преступных целях напрямую связано с такими обстоятельствами, способствующими совершению преступлений, как:

1) удаленное нахождение преступника относительно предмета преступного посягательства;

2) оперативность создания, распространения, модификации или уничтожение информации в киберпространстве, в том числе путем использования специального вредоносного программного обеспечения, что приводит к сокрытию преступной деятельности;

3) использование сети Интернет и высоких технологий для обеспечения конфиденциальности информации о личности преступника и возможность воздействовать на определенные категории граждан;

4) коммуникативные умения участников преступления, способствующие возможности формирования преступных групп и эффективной реализации преступной деятельности;

5) несовершенство обеспечения информационной безопасности и правовой охраны отношений в киберпространстве, предоставляющая преступнику возможность избегать уголовной ответственности за совершенное преступление[8, с. 80].

С учетом технической и социальной составляющей такого содержания киберпространства, последний накладывает существенный отпечаток на механизм этого правонарушения. В этом аспекте киберпространство в криминалистических исследованиях может рассматриваться как:

а) среда (обстановка), в которой отдельные ее элементы (телекоммуникационная сеть, компьютерная информация и т.д.) могли быть использованы в качестве орудия достижения противоправной цели – нарушения нормального функционирования этой среды или завладения объектами интеллектуальной собственности, платежными средствами, материальными ценностями;

б) специфическая обстановка, в которую были внесены изменения правонарушения (его следы), которые могут выступать источниками доказательств в уголовном производстве[9, с. 24].

Следует согласиться с мнение Н.И. Валькирия о том, что «требуют совершенствования вопросы построения криминалистической модели неизвестного преступника. До сих пор актуальными остаются проблемы, связанные с уточнением и дополнением положений о субъектах, методологии, средствах и методических основах данного вида деятельности» [10, с. 107]. Так, по критерию профессиональности можно выделить пять типов личности киберпреступника, в частности:

1) преступник-пользователь начального уровня – совершает в киберпространстве преступления, связанные с насильственно-эгоистическими или насильственно-дискриминационными действиями; отдельные виды преступлений по антигосударственно-политическим мотивам (преступления против основ национальной безопасности; преступления, связанные с терроризмом; пропаганда войны и распространение нацистской символики.

2) преступник-обычный пользователь – специалист по компьютерному оборудованию и сетям во время беглого анализа компьютера жертвы и сети достаточно легко определит фактические сведения о лице, совершавшем определенную операцию. Все виды мобильности (географическая, социальная, профессиональная и экономическая) имеют усредненные схожие показатели. Преступник такого типа часто совершает в киберпространстве преступления, отнесенные к таким классификационным подгруппам: преступления, нарушающие установленный порядок обращения определенных вещей; интеллектуальное пиратство, преступления, связанные с коммуникационными действиями;

3) преступник-уверенный пользователь – традиционно совершает в киберпространстве преступления, направленные на завладение чужим имуществом и связанные с ими преступлениями в области функционирования электронных расчетов; преступления, нарушающие механизмы защиты от монополизма и недобросовестной конкуренции; интеллектуальное пиратство и преступления, связанные с коммуникационными действиями; преступления связаны с анархистскими действиями в киберпространстве достаточно удачно использует технологии анонимизации доступа к ресурсам сети Интернет с целью сокрытия преступной деятельности, создания иллюзии удаленного доступа к предмету посягательства. Такой преступник примерно в половине случаев действует в составе организованной группы как исполнитель преступление;

4) преступник-опытный пользователь – уверенный преступник имеет высокий уровень профессиональной мобильности и в случае неразоблачения правоохранительными органами первого совершенного им преступления он повышает свой профессиональный уровень, часто отказывается от участия в организованной преступной группе и начинает индивидуальную преступную деятельность. Как специалист высокой квалификации он использует технологии анонимизации доступа к ресурсам сети Интернет, из-за чего имеет высокую степень географической мобильности.

5) преступник-пользователь профессионал – способность такого преступника к использованию технологий анонимизации доступа к ресурсам интернет, индивидуальная профессиональная, социальная и географическая мобильности преступника, сложность его преступной деятельности наделены наиболее высоким уровнем квалификации. Это требует максимальной концентрации усилий работников полиции, привлечение к расследованию значительного числа специалистов различной специальности, осуществление деятельности в рамках международного сотрудничества[11, с. 162].

Мошеннические действия зачастую стали совершаться и в отношении несовершеннолетних. В данном случае преступники находят своих жертв в онлайн-играх и активно применяют разработанные ими схемы обмана, которые в некоторых случаях аналогичны мошенничеству с использованием банковских карт, в результате чего малолетний кибер-игрок теряет не виртуальные, а настоящие денежные средства. Важно отметить, что несовершеннолетние являются активными пользователями сети Интернет и, как правило, проводят в онлайн-пространстве большую часть свободного времени. Преступления в отношении несовершеннолетних зачастую совершаются с использованием социальных сетей. Это обусловлено спецификой обстановки виртуального пространства, которая позволяет преступнику выбрать необходимую жертву, изучить как можно больше информации о ней, определить стратегию поведения, установить психологический контакт и войти в доверие к несовершеннолетнему, после чего реализовать свой преступный умысел и тщательно скрыть следы преступления, оставаясь при этом «инкогнито».

Наполнение социальных сетей разного рода опасным контентом усиливает уровень виктимности молодого поколения, которое зачастую не способно себя защитить самостоятельно. Появление все новых форм преступности в отношении несовершеннолетних в сети Интернет требует кардинальных мер, направленных на совершенствование организации расследования данного вида общественно опасных деяний, а также приведение в упорядоченную систему деятельности по профилактике киберпреступлений против несовершеннолетних.

Таким образом, использование киберпространства для совершения традиционного преступления существенно детерминирует механизм его совершения. Поэтому признаки обстановки совершения преступления и типичные его следы получают в криминалистической характеристике значение специфических признаков преступлений, совершенных в киберпространстве, обуславливая сходство всех классификационных групп и подгрупп изучаемой категории преступлений. Однако, для построения полной криминалистической характеристики таких преступлений нужно определить закономерные связи между всеми типичными признаками преступления. Систематизация последних будет производиться в пределах типовых элементов механизма совершения этой категории преступлений. В то же время механизм совершения преступлений в киберпространстве не подвергался системному научному исследованию, что обусловлено, как мы уже определяли ранее, сложностью в определении сущности этой категории преступлений. В криминалистических кругах обычно идет речь о механизмах совершение отдельных видов преступлений этой категории, при этом ограничиваясь характеристикой отдельных элементов механизма, без попытки получить системное представление о совершении соответствующего преступления. Детерминанты преступности в целом и конкретно компьютерной преступности являются наиважнейшим вопросом и отправной точкой в понимании методики противодействия указанным преступлениям.

СПИСОК ИСТОЧНИКОВ

1. Летелкин Н. В. Уголовно-правовое противодействие преступлениям, совершаемым с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»): дис ... канд. юрид. наук / Н. В. Летелкин - Н.Новгород, 2018.
2. Душенко М. М. Особенности расследования преступлений, совершенных с использованием сети Интернет. Краснодар, 2020.
3. Агибалов В. Ю. Виртуальные следы в криминалистике и в уголовном процессе: монография. – М.: Юрлитинформ, 2012. – 152 с.; Лушин Е. А. О термине «электронно-цифровые следы» // Расследование преступлений: проблемы и пути их решения. – 2017. – № 4(18). – С. 161–163; Мещеряков В. А. Следы преступлений в сфере высоких технологий // Библиотека криминалиста. Научный журнал. – 2013. – № 5 (10). – С. 265–270; Ростовцев А. В. Особенности судебно-экспертного исследования «цифровых следов» // Академическая мысль. – 2019. – № 3(8). – С. 71–73; Переверзева Е. С., Комов А. В. Виртуальные и цифровые следы: новый подход в понимании // Вестник Санкт-Петербургского университета МВД России. – 2021. – № 1(89). – С. 172–178; Поляков В. В., Шебалин А. В. К вопросу об использовании понятий «виртуальные следы» и «электронно-цифровые следы» в криминалистике // Актуальные проблемы борьбы с преступлениями и иными правонарушениями. – 2013.– № 13-1 и пр.
4. Родивилина В.А., Сизова М.С. Несовершеннолетний и преступление. Влияние информационной среды // Вестник Восточно-Сибирского института МВД России. №2 (93), 2020.
5. Шарапов Р.Д. Новые основания уголовной ответственности за вовлечение в самоубийство и иное опасное для жизни поведение // Российский юридический журнал. 2017. № 6. С. 83.
6. Пузырева Ю. В., Мысина А. И. Международное полицейское сотрудничество по вопросам раскрытия и расследования преступлений в сфере информационных технологий. М.,  2020. 
7. Пыжиков М. А. Факторы, создающие условия для возможности использования сети Интернет в целях совершения преступлений // Оригинальные исследования. – 2019. – Т. 9. № 5.
8. Мосин И.В. Детерминанты преступлений, совершаемых с использованием компьютерных и телекоммуникационных технологий // Вестник Уральского юридического института МВД России. 2024.№ 2.
9. Опшин В. В., Гарифуллин И. Р. Виртуальные следы преступлений, совершенных с помощью сети Интернет // Молодой ученый. 2019. № 24(262).
10. Валькирия Н. И. Актуальные задачи криминалистического изучения человека на современном этапе // Вестник Восточно-Сибирского института МВД России: науч.-практич. журн. Иркутск: Восточно-Сибирский институт МВД России. 2023. № 4 (107).
11. Черкасов В. Н. Дело «балаковских» хакеров. Факты и размышления // Информационная безопасность регионов. 2011. №1 (8).

REFERENCES

1. Letelkin N. V. Ugolovno-pravovoe-protivodejstvie-prestupleniyam-sovershaemym-s-ispolzovaniem-informacionno-telekommunikacionnyh-setej-vklyuchaya-set-internet-dis-kand-yurid-nauk-n-v-letelkin [Criminal law counteraction to crimes committed using information and telecommunication networks (including the Internet): dis ... Cand. Jurid. Sciences / N. V. Letelkin] - N.Novgorod, 2018.

2. Dushenko M. M. Osobennosti-rassledovaniya-prestuplenij-sovershennyh-s-ispolzovaniem-seti-internet [Features of the investigation of crimes committed using the Internet.} Krasnodar, 2020.

3. Agibalov V. Yu. Virtualnye-sledy-v-kriminalistike-i-v-ugolovnom-processe-monografiya [Virtual traces in criminalistics and in the criminal process: monograph]. – M.: Yurlitinform, 2012. 152 p.; Lushin E. A. O-termine-ehlektronno-cifrovye-sledy-rassledovanie-prestuplenij-problemy-i-puti-ih-resheniya [On the term "electronic digital traces"] // Investigation of crimes: problems and ways to solve them. – 2017. – № 4(18). – Pp. 161-163; Meshcheryakov V. A. Sledy-prestuplenij-v-sfere-vysokih-tekhnologij-biblioteka-kriminalista-nauchnyj-zhurnal [Traces of crimes in the field of high technologies] // Library of criminalist. Scientific journal. – 2013. – № 5 (10). – Pp. 265-270; Rostovtsev A.V. Osobennosti-sudebno-ehkspertnogo-issledovaniya-cifrovyh-sledov-akademicheskaya-mysl-2019 [ Features of forensic research of "digital traces"] // Academic thought. – 2019. – № 3(8). – Pp. 71-73; Pereverzeva E. S., Komov A.V. Virtualnye-i-cifrovye-sledy-novyj-podhod-v-ponimanii-vestnik-sankt-peterburgskogo-universiteta-mvd-rossii-2021 [Virtual and digital footprints: a new approach in understanding] // Bulletin of the St. Petersburg University of the Ministry of Internal Affairs of Russia. – 2021. – № 1(89). – Pp. 172-178; Polyakov V. V., Shebalin A.V. K-voprosu-ob-ispolzovanii-ponyatij-virtualnye-sledy-i-ehlektronno-cifrovye-sledy-v-kriminalistike-aktualnye-problemy-borby-s-prestupleniyami-i-inymi-pravonarusheniyami [On the issue of using the concepts of "virtual traces" and "electronic digital traces" in criminalistics] // Actual problems of combating crimes and other offenses. – 2013.– No. 13-1, etc.

4. Rodivilina V.A., Sizova M.S. Nesovershennoletnij-i-prestuplenie-vliyanie-informacionnoj-sredy-vestnik-vostochno-sibirskogo-instituta-mvd-rossii [Minor and crime. The impact of the information environment] // Bulletin of the East Siberian Institute of the Ministry of Internal Affairs of Russia. No.2 (93), 2020.

5. Sharapov R.D. Novye-osnovaniya-ugolovnoj-otvetstvennosti-za-vovlechenie-v-samoubijstvo-i-inoe-opasnoe-dlya-zhizni-povedenie [New grounds for criminal liability for involvement in suicide and other life-threatening behavior] // Russian Law Journal. 2017. No. 6. p. 83.

6. Puzyreva Yu. V., Mysina A. I. Mezhdunarodnoe-policejskoe-sotrudnichestvo-po-voprosam-raskrytiya-i-rassledovaniya-prestuplenij-v-sfere-informacionnyh-tekhnologij  [International police cooperation on the disclosure and investigation of crimes in the field of information technology]. Moscow, 2020.

7. Pyzhikov M. A. Faktory-sozdayushchie-usloviya-dlya-vozmozhnosti-ispolzovaniya-seti-internet-v-celyah-soversheniya-prestuplenij-originalnye-issledovaniya [Factors creating conditions for the possibility of using the Internet for the purpose of committing crimes] // Original research. - 2019. – Vol. 9. No. 5.

8. Mosin I.V. Determinanty-prestuplenij-sovershaemyh-s-ispolzovaniem-kompyuternyh-i-telekommunikacionnyh-tekhnologij [Determinants of crimes committed using computer and telecommunication technologies] // Bulletin of the Ural Law Institute of the Ministry of Internal Affairs of Russia. 2024.№ 2.

9. Opshin V. V., Garifullin I. R. Virtualnye-sledy-prestuplenij-sovershennyh-s-pomoshchyu-seti-internet-molodoj-uchenyj [Virtual traces of crimes committed using the Internet] // Young Scientist. 2019. № 24(262).

10. Valkiriya N. I. Aktualnye-zadachi-kriminalisticheskogo-izucheniya-cheloveka-na-sovremennom-ehtape-vestnik-vostochno-sibirskogo-instituta-mvd-rossii-nauch-praktich-zhurn-irkutsk-vostochno-sibirskij-institut-mvd-rossii [Actual tasks of the criminalistic study of man at the present stage] // Bulletin of the East Siberian Institute of the Ministry of Internal Affairs of Russia: scientific and practical journal. Irkutsk: East Siberian Institute of the Ministry of Internal Affairs of Russia. 2023. № 4 (107).

11. Cherkasov V. N. Delo-balakovskih-hakerov-fakty-i-razmyshleniya-informacionnaya-bezopasnost-regionov [The case of the "Balakovo" hackers. Facts and reflections] // Information security of regions. 2011. №1 (8).

ИНФОРМАЦИЯ ОБ АВТОРЕ

Виноградова Ольга Павловна, кандидат юридических наук,  доцент, доцент кафедры криминалистики Уральского юридического института МВД России. 620057,      г. Екатеринбург, ул. Корепина, 66. 

INFORMATION ABOUT AUTHOR

Vinogradova Olga Pavlovna, PhD in Law, Associate Professor, Associate Professor of the Department of Criminalistics of the Ural Law Institute of the Ministry of Internal Affairs of Russia. 66 Korepina str., Yekaterinburg, 620057.

1. Летелкин Н. В. Уголовно-правовое противодействие преступлениям, совершаемым с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»): дис ... канд. юрид. наук / Н. В. Летелкин - Н.Новгород, 2018.

2. Душенко М. М. Особенности расследования преступлений, совершенных с использованием сети Интернет. Краснодар, 2020.

3. Агибалов В. Ю. Виртуальные следы в криминалистике и в уголовном процессе: монография. – М.: Юрлитинформ, 2012. – 152 с.; Лушин Е. А. О термине «электронно-цифровые следы» // Расследование преступлений: проблемы и пути их решения. – 2017. – № 4(18). – С. 161–163; Мещеряков В. А. Следы преступлений в сфере высоких технологий // Библиотека криминалиста. Научный журнал. – 2013. – № 5 (10). – С. 265–270; Ростовцев А. В. Особенности судебно-экспертного исследования «цифровых следов» // Академическая мысль. – 2019. – № 3(8). – С. 71–73; Переверзева Е. С., Комов А. В. Виртуальные и цифровые следы: новый подход в понимании // Вестник Санкт-Петербургского университета МВД России. – 2021. – № 1(89). – С. 172–178; Поляков В. В., Шебалин А. В. К вопросу об использовании понятий «виртуальные следы» и «электронно-цифровые следы» в криминалистике // Актуальные проблемы борьбы с преступлениями и иными правонарушениями. – 2013.– № 13-1 и пр.

4. Родивилина В.А., Сизова М.С. Несовершеннолетний и преступление. Влияние информационной среды // Вестник Восточно-Сибирского института МВД России. №2 (93), 2020.

5. Шарапов Р.Д. Новые основания уголовной ответственности за вовлечение в самоубийство и иное опасное для жизни поведение // Российский юридический журнал. 2017. № 6. С. 83.

6. Пузырева Ю. В., Мысина А. И. Международное полицейское сотрудничество по вопросам раскрытия и расследования преступлений в сфере информационных технологий. М., 2020.

7. Пыжиков М. А. Факторы, создающие условия для возможности использования сети Интернет в целях совершения преступлений // Оригинальные исследования. – 2019. – Т. 9. № 5.

8. Мосин И.В. Детерминанты преступлений, совершаемых с использованием компьютерных и телекоммуникационных технологий // Вестник Уральского юридического института МВД России. 2024.№ 2.

9. Опшин В. В., Гарифуллин И. Р. Виртуальные следы преступлений, совершенных с помощью сети Интернет // Молодой ученый. 2019. № 24(262).

10. Валькирия Н. И. Актуальные задачи криминалистического изучения человека на современном этапе // Вестник Восточно-Сибирского института МВД России: науч.-практич. журн. Иркутск: Восточно-Сибирский институт МВД России. 2023. № 4 (107).

11. Черкасов В. Н. Дело «балаковских» хакеров. Факты и размышления // Информационная безопасность регионов. 2011. №1 (8).